7007077.ru
Категории
» » Сексуальная мамочка Dana Hayes занимается сексом и показывает большие сиськи перед фото камерами по

Найди партнёра для секса в своем городе!

Сексуальная мамочка Dana Hayes занимается сексом и показывает большие сиськи перед фото камерами по

Сексуальная мамочка Dana Hayes занимается сексом  и показывает большие сиськи перед фото камерами по
Сексуальная мамочка Dana Hayes занимается сексом  и показывает большие сиськи перед фото камерами по
Советуем
От: Tojatilar
Категория: Сиськи
Добавлено: 01.11.2019
Просмотров: 6004
Поделиться:
Сексуальная мамочка Dana Hayes занимается сексом  и показывает большие сиськи перед фото камерами по

Маленькие Члены У Людей

Сексуальная мамочка Dana Hayes занимается сексом и показывает большие сиськи перед фото камерами по

Брюнетка На Три Больших Члена - Смотреть Порно Онлайн

Порно Зрелых Пышек 720

Выебал Зрелую Секс Богиню Жасмин Джей (Jasmine Jae)

Морпехи пехоты должны давать отпор врагу — иначе им не выжить. До выпуска осталось всего несколько дней, и просолившиеся рекруты взвода 30—92 готовы слопать собственные кишки и попросить добавки. Стоит командующему корпусом морской пехоты сказать лишь слово — и мы возьмем партизан-вьетконговцев, [28] партизан и закаленных в боях солдат Северовьетнамской армии [29] за их тощие шеи и посшибаем с них их гребаные головы.

Мы разложили свои зеленые одежки на длинном бетонном столе и оттираем их от грязи. В сотый раз сообщаю Ковбою, что хочу свою сосиску запихнуть в его сестренку, и спрашиваю, чего бы он хотел взамен.

Сержант Герхайм расхаживает вокруг стола. Он старается не хромать. Он критикует нашу технику обращения с щетками для стирки, которые стоят на вооружении морской пехоты. Сержант Герхайм сообщает, что Военно-морской крест он получил на Иводзиме.

Морпехи должны сливать кровь в аккуратные лужицы, ибо морпехи отличаются дисциплинированностью. А гражданские и вояки из низших родов войск все вокруг кровью забрызгивают — как ссыкуны в кровати по ночам. Мы его не слушаем. Мы друг с другом треплемся. Постирочный день — единственное время, когда нам разрешается поговорить друг с другом. Дюжина рекрутов поднимают головы. Не знают, что сказать. У одних лица кислые. А у некоторых — сердитые, страшно удивленные, будто я у них на глазах калеку убогого ударил.

Теперь уже все, кто вокруг стола, ждут продолжения. Глаза будто не могут оторваться от чего-то там, вдалеке — будто пытаются вспомнить дурной сон. И голос у ней такой холодный. Я подумал, что спячу сейчас на хер. Здоровенный кулак сержанта Герхайма вбивает следующее слово Филипса ему в глотку так, что оно вылетает у него из задницы.

Размазал Филипса по палубе. Тот лежит на спине. Губы — в смятку. Сержант Герхайм упирается кулаками в бока. Если рядовой Пайл разговаривает с винтовкой, то потому, что спятил на хер.

Приказываю отставить всю эту болтовню, гниды. И не позволяйте рядовому Джокеру играться с вашим воображением. Больше ни слова об этом слышать не хочу. Мы стоим в строю, и сержант Герхайм отдает свой последний на сегодня приказ: Я служу в вооруженных силах, которые охраняют мою страну и мой образ жизни. Я готов отдать мою жизнь, защищая их, да поможет мне Бог… Ганг хо! Леонард открывает рот — впервые за последние недели. Его голос гремит все громче и громче. Слова вырываются из легких, как из глубокой жуткой ямы.

В эту ночь дежурит сержант Герхайм. Он подходит к шконке Леонарда и останавливается, уперев кулаки в бока. Леонард не замечает сержанта Герхайма. Вены на шее Леонарда вздулись, он продолжает реветь как бык:. И потому я познаю ее как брата своего. Я познаю все ее принадлежности, ее прицел, ее ствол. Клянусь содержать мою винтовку в чистоте и готовности, как и я должен быть чист и готов. Мы станем с нею едины. Перед лицом Господа клянусь я в вере своей. Моя винтовка и я сам — повелители врага нашего.

Мы суть спасители жизни моей. Из всех рядовых в моем стаде у тебя мотивации больше всех. Глядишь, я даже разрешу тебе послужить стрелком в моем любимом Корпусе. Я-то думал, ты из говнюков, но из тебя получится славный хряк. Я бросаю взгляд на винтовку на своей шконке. Это прекрасный прибор, ее линии так грациозны, а сама она — надежна и совершенна.

Моя винтовка вычищена, смазана и работает безотказно. Я прикасаюсь к ней рукой. Он доведен до кондиции. Вы все доведены до кондиции. Завтра вы станете морпехами. Тысяча свежеиспеченных морских пехотинцев стоят навытяжку на парадной палубе, подтянутые и загорелые, в безукоризненных хаки, начищенные винтовки прижаты к груди.

Во взводе 30—92 звание отличного курсанта получает Леонард. Он награждается комплектом парадного обмундирования и получает разрешение промаршировать в этой расписной форме при выпускном прохождении взводов.

В качестве особого поощрения по представлению сержанта Герхайма я получаю звание рядового первого класса. Во время парадного прохождения я иду правым направляющим, подтянут и горд. После выпускного церемониала мы получаем предписания. Ковбой, Леонард, рядовой Барнард, Филипс и большинство прочих морпехов из взвода 30—92 направляются в УПП — Учебный пехотный полк, где из них будут делать хряков, пехотинцев. Согласно моему предписанию, после выпуска из УПП я должен отправиться в Начальную школу военной журналистики в Форт Бенджамин Харрисон в штате Индиана.

Сержант Герхайм выражает свое отвращение по поводу того, что я буду военным корреспондентом, а не солдатом-пехотинцем. Он обзывает меня тыловой крысой, штабной сукой. Говорит, что только говнюкам вся халява достается. С сегодняшнего дня вы морпехи. Морпех — всегда морпех…. Стою на посту в повседневных брюках, нижней рубашке, начищенных ботинках и в каске с чехлом, выкрашеным в серебряный цвет.

Я хожу взад-вперед по отсеку отделения между двумя безукоризненно выровненными рядами шконок. Сто молодых морских пехотинцев мирно дышат во сне — сто оставшихся из ста двадцати, что были с самого начала. Завтра на рассвете мы рассядемся по автобусам-скотовозам, и нас повезут в Кэмп-Гейгер, [35] штат Северная Каролина. Там расположен УПП — учебный пехотный полк. Все морские пехотинцы — хряки, пусть даже некоторым из нас и предстоит получить дополнительную военную специальность.

После продвинутого этапа пехотной подготовки нам разрешат покупать всякие сладости в лавке и ходить в увольнения по выходным, а потом нас распишут по постоянным местам несения службы. В отсеке отделения тихо, как в полночь в мертвецкой. Тишину нарушает лишь поскрипывание кроватных пружин, да изредка кашлянет кто-нибудь. Как раз собираюсь будить сменщика, и тут слышу голос. Кто-то из рекрутов разговаривает во сне. Наверное, какая-то парочка треплется.

Если сержант Герхайм их услышит — горе моей заднице. Спешу на звуки голосов. Леонард разговаривает со своей винтовкой. Потом — слабый, манящий стон, уже женским голосом. Винтовка Леонарда не висит, как положено, на шконке. Он держит ее в руках, обнимает. И добавляет с несказанной нежностью: Леонард не обращает на меня никакого внимания.

Я сделаю все, что ты захочешь! Слова Леонарда эхом разносятся по всему отсеку отделения. Один из рекрутов поднимается, протирает глаза. Я наблюдаю за концом отсека. Боюсь, сейчас зажжется свет в чертогах сержанта Герхайма. Трогаю Леонарда за плечо. Леонард садится на шконке. Сдирает нижнюю рубашку и завязывает ею глаза. Пальцы продолжают разбирать винтовку на части.

А затем он начинает нежно ласкать каждую деталь. Ты когда-нибудь видел кусок металла прекраснее? Леонард продолжает бормотать, а его натренированные пальцы тем временем собирают черную стальную машину.

Мне в голову приходят мысли о Ванессе — девчонке, которая осталась дома. Мне представляется, что мы на речном берегу, закутались в наш старый спальник, и я трахаю и трахаю ее до умопомрачения… Но любимые фантазии мои потеряли все свое очарование. И теперь, когда я представляю себе бедра Ванессы, ее темные соски, ее пухлые губы, у меня уже не встает.

Наверное, из-за селитры, которую, по слухам, добавляют нам в еду. Леонард лезет рукой под подушку и вытаскивает заряженный магазин. Он нежно вводит стальной магазин в винтовку, в свою Шарлин. К этому времени уже многие парни поднялись, шепчут друг другу: Я исполнен решимости спасти свою задницу если получится , а насчет леонардовой абсолютно уверен, что ей уже ничего не поможет.

В прошлый раз, когда сержант Герхайм поймал рекрута с боевым патроном — всего одним патроном — он заставил его выкопать могилу в десять футов [36] длиной и на десять же футов в глубину. Во имя Христа всевышнего — что все это быдло делает в моем отсеке? Сержант Герхайм надвигается на меня, как бешеный пес. Его голос разрывает отсек на части:. Думаю, вам понятно, что их этого следует! А следует из этого то, что кто-то здесь только что добровольно решил отдать свое юное сердце для человеческого жертвоприношения, мать вашу так!

Весь взвод уже на ногах, все ждут, что предпримет сержант Герхайм, и все уверены, что поглазеть на это стоит. Почему рядовой Пайл после отбоя не в койке? Почему у рядового Пайла оружие в руках? Почему ты до сих пор ему кишки не вытоптал?

Сержант Герхайм глядит на Леонарда и кивает головой. Комендор-сержант Герхайм выглядит невероятно смешно: Наш старший инструктор вкладывает все свои недюжинные способности по устрашению личного состава в голос, который как никогда похож на голос Джона Уэйна на Сирубачи: Приказываю отдать мне это оружие, а то я оторву тебе яйца и заткну их в твою тощую глотку! Да я их тебя сердце сейчас вышибу, мать твою! Леонард направляет ствол прямо в сердце сержанту Герхайму, ласкает предохранительную скобу, нежно поглаживает спусковой крючок….

И вдруг сержант Герхайм стихает. И выражением глаз, и всем своим обликом он становится похож на странника, который вернулся домой. Он — хозяин, и ему в полной мере подвластны и он сам, и мир, в котором он живет. Лицо его обретает какую-то леденящую кровь красоту, по мере того как темная сторона его натуры выползает наружу. В этой улыбке нет ни капли дружелюбия, эта улыбка исполнена зла, как будто это не сержант Герхайм, а оборотень, человек-волк, обнаживший клыки. Сержант Герхайм приподнимается и садится, как будто ничего не произошло.

На какую-то секунду мы вздыхаем с облегчением. А затем темная кровь толчком выплескивается из крохотной дырочки на груди сержанта Герхайма. Красное кровяное пятно распускается на белоснежном белье как цветок неземной красоты. Выпученные глаза сержанта Герхайма заворожено глядят на эту кровавую розу на груди.

Он поднимает взгляд на Леонарда. И оседает, с улыбкой оборотня, застывшей на губах. Я должен что-то сделать — как ни ничтожна должность дневального, но все же я при исполнении. Я ведь твой сосед по шконке. Мы же тебе зла не желаем. Я знаю, чего он хотел. Знаю… Этот жирный боров и его вонючий…. И вы это знаете. Я знаю, что Леонард слишком слаб, чтобы в полной мере владеть своим смертоносным орудием. Винтовка — лишь инструмент, а убивает закаленное сердце.

А Леонард — это прибор с дефектом, который не способен управлять той силой, которую должен собрать и выбросить из себя.

Сержант Герхайм ошибался — он не смог разглядеть, что Леонард как стеклянная винтовка, которая разлетится вдребезги после первого же выстрела. Леонард слишком слаб, чтобы собрать всю мощь взрыва внутри себя и выстрелить холодной черной пулей своей воли. Леонард улыбается нам всем, и это — прощальная улыбка на лице смерти, жуткий оскал черепа.

Выражение этой улыбки меняется — удивление, смятение, ужас, тем временем винтовка Леонарда покачивается вверх-вниз, а потом Леонард вставляет черный стальной ствол в рот. Леонард замертво падает на палубу. Его голова превратилась в жуткую мешанину из крови, лицевых костей, черепных жидкостей, выбитых зубов и рваных тканей.

Кожа — какая-то ненастоящая, как пластмасса. Гражданские — понятное дело — как водится, потребуют расследования. Но в ходе этого расследования рекруты взвода 30—92 покажут, что рядовой Пратт, несмотря на высокую мотивацию к службе, входил в число тех десяти процентов с некомплектом, из-за которого им нельзя служить в возлюбленном нами Корпусе. Сержант Герхайм по-прежнему улыбается. Он был хорошим инструктором. Если б сержант Герхайм мог сейчас говорить, он бы объяснил Леонарду, почему мы влюбляемся в оружие, а оно не отвечает нам взаимностью.

И еще он добавил бы: Внутри меня — холод и одиночество. Но я не одинок. По всему Пэррис-Айленду нас тысячи и тысячи. А по всему свету — сотни тысяч.

Лежа на шконке, притягиваю к себе винтовку. Это я для себя пишу. Одни бессмертные способны жить беспамятно. Не сберег воспоминаний — берегись воображения: Но только не драматизировать, ничего не накручивать, не усугублять. Все ведь началось под сурдинку, я тогда и сам не заметил, что началось. Полупроснувшись, я медленно повел глазами в сторону мышьего шороха за дверью спальни. Смутно привиделись мне две желтые бумажные полосы машинописного формата, углом выползавшие из-под двери на ковер.

Направо и налево — вереница схожих домиков со схожими садиками. Я приложил ладонь к груди и громко выговорил: По левую руку в углу комнаты была розовая раковина; над ней белый кафель и зеркало. Я глянул в него и увидел лицо старика, редкие распущенные волосы, почти седины, красный нос, губы, поджатые как у старой карги без вставной челюсти, набрякшие веки — а ярко-голубые глаза сердито смотрели на меня. Он скорчил злобную гримасу. Я подобрал длинные желтые листы, присел на край постели и стал читать убористое послание.

Сэр, Вам будет небезынтересно узнать, что некогда поземному лет назад, по-небесному чуть не сию минуту Наши Предвечные Небожительства, собравшись на Олимпе, обсуждали, как наилучшим образом провести эксперимент, предоставляющий какому-либо смертному возможность прожить жизнь заново.

Требуется лишь раз навсегда установить, черта ли вам, людям, проку в так называемом Жизненном Опыте. Секретарь Отдела Внешних Сношений. Имею удовольствие предложить Вам от лица Наших Небожительств завидную роль подопытного соучастника данного эксперимента. Вы, разумеется, вольны принять или отвергнуть Наше предложение, но Мы есть Мы и как таковые сверхъестественно предвидим Ваше решение, хотя и не предуказуем его. Поздравляем Вас, мистер Янгер.

Сегодня Вам исполнилось шестьдесят пять лет; и сегодня день Вашего второго рождения. Должен, однако, известить Вас, что Ваше перевоплощение придется сопроводить двумя условиями.

Много чего на белом свете недоступно человеческому пониманию, но в одном никто никогда не сомневался: И верно, есть творческий расчет мироздания, даже самые ваши древние земляне усмотрели его, взирая на повторяемость явлений в окружающем мире: И любая жизнь спокон веков сопряжена со всякой другой жизнью.

Тутанхамон чихнул, вот королева Виктория и простудилась. Греческие корабельщики заплыли за Сардинию, вот корсиканец и проиграл битву при Ватерлоо. Где были бы нынче Вы, мистер Янгер, если б Англия не прошлась поганой метлой по Вашей стране и не явила бы миру герцога Веллингтона? Да Вы и существуете лишь потому, что Адам соблазнился фиговым листком и узрел Евину наготу.

По всему поэтому Мы сверхъестественно осмотрительны со всяким начинанием, которое по-видимости противоречит исконному порядку вещей. Мы и правда могли бы такое сотворить. Мы и не такое можем. Но не станем этого делать, будучи богами. Выражаясь на Ваш журналистский манер, Мы чудом обходимся без чудес.

Блюдем закон и порядок. Отсюда и проистекают два маленьких условия Вашего второго пришествия, а именно: Рассчитывают они на Повторное Решение Идентичной Задачи. Дважды в жизни ничего не бывает. Колумбу в другой раз не так повезет с погодой, Бруту случится забыть свой кинжал, а Наполеон накануне иного Ватерлоо невзначай покушает несвежей рыбки. Точный повтор выхолостил бы жизнь, лишив ее живости, риска, свободы воли, неведения, случая, выбора, нечаянности.

Да и кому это вообще надо — разыгрывать заезженную роль в заезженной человеческой комедии? Впору сгинуть от скуки, подобно актеру, обреченному до скончания века изображать одно и то же. Посвятив известное количество секунд решению соответствующего вопроса, Мы постановили, что есть один лишь способ предоставить Вам вторичное протяжение жизни, чреватой аналогичными, но не идентичными задачами.

Надо строго оградить Вашу память от подробностей былых шестидесяти пяти лет, ничуть не ущемив, однако, всей полноты вашего жизненного опыта. Это значит, что из Ваших прежних сподвижников Вам будут памятны только эпизодические — Могильщик и Часовой, Вестник, Призрак, может быть, Розенкранц, пусть даже Полоний, но не его дочь, не Клавдий, не Гертруда, не Лаэрт.

Ни близких друзей, ни главенствующих лиц, ни тебе Давида, ни Ионафана. Вам придется искать и создавать себе близких, как прежде. Нельзя же, чтобы в начале другой своей жизни Вы гукали в колыбельке — это в шестьдесят-то пять лет!

Опять же ни к чему Вам глупеть и дряхлеть до своих ста тридцати. Вы начнете с Вашего нынешнего возраста, шестидесяти пяти лет, и проживете их назад, молодея и молодея, пока в зрелом нулевом возрасте Вас не затянет обратно материнская утроба Времени. Таким образом, повторная Ваша жизнь никого не встревожит. Признаки поздней житейской мудрости, которые Вы будете выказывать на обратном пути от пятого к четвертому и от четвертого к третьему десятку, спишут на старческий маразм. На подходе к десяти годам Вас сочтут из молодых да ранним.

А относительно сброса Вашего прежнего бытия затруднений не предвидится. Нынче люди что ни день исчезают без малейших последствий. Нужные документы, закрепляющие Ваш новый социальный облик, будут Вам доставлены, как только Вы формально примете Наше предложение, но не ранее Вашего размышления над оным на протяжении 1 одного часа.

Данная задержка вызвана тем, что Вы уже сомневаетесь, происходит ли это с Вами наяву и за каким дьяволом за тем самым Вы избраны. Вы избраны просто потому, что Нам понадобилось избрать некое незначительное лицо. Хороши были бы шуточки — воскресить Кромвеля, Наполеона или Гитлера: Засим Нам с Вами не предстоит никаких словесных контактов; Вы, разумеется, будете иной раз угадывать Наше присутствие, но угадывать ошибочно.

Едва я прочел последнее слово, как желтые листы медленно съежились у меня в руках, рассыпались и исчезли; остался присевший на постель старик в блеклой голубой пижаме, старик со всклоченными сединами, морщинистый лик и впалые щеки, словно с этюда во вкусе Микеланджело, мешки под глазами, а в желудке смесь желчи с медом, холод страха и холодок надежды; сидит, вперив ликующий взор в превосходнейшее измерение жизни, известное под названием Будущего Времени.

А как еще отозваться на такое сообщение шестидесятипятилетнему человеку? Хмыкнуть, фыркнуть и фукнуть? Это ж надо — на ночь подпоили, а наутро подсунули под дверь идиотскую бумаженцию, чтоб я побесился — то-то потеха! Нет уж, позвольте-ка мне воспеть тихие радости преклонных годов, скопом ожидающие нас на подходе к обещанному у псалмопевца семидесятилетию: Я поверил в это предложение так же безоглядно, как приговоренный к смерти узник поверит утешительному шепоту тюремщика: Я так хотел, чтобы предложение было подлинное!

Я хотел лететь другим рейсом, попозже. Я встал, поглядел на прохладное небо за кипарисной оградой и надумал собственный маленький тест. Ближайшие воспоминания не шли дальше обстановки комнаты и вида за окном. Из более отдаленного прошлого, то есть из шестидесяти пяти прожитых лет, нахлынули образы, мысли, суждения, предрассудки, мнения, факты, места, происшествия — вся масса того, что смутно считается общеизвестным.

Чепуху они там сболтнули. Моя память была ничуть не хуже… Я осекся, полуиспуганно, полуоблегченно. Лица выплывали во множестве, но чьи это были лица — я не помнил.

Забытый Робинзон погружается в забвение? Я вспомнил, что недавно был на Куррахских скачках: Был на танцах сколько-то лет назад. Бывший журналист, я вызвал в памяти большое стечение народу на Трафальгар-сквер, припомнил ораторов, кое-что из речей, но личных встреч, частных бесед — ни звука, ни тени. Кто-то, помнится, мне улыбнулся. А, контролер в поезде. А вот еще была приветливая женщина — в Манчестере, что ли? Ага, официантка в кафе.

Ну что ж, значит, так, вот как оно, значит, будет. Я рассудил, что это опустошение памяти по-своему очень даже утешительно. С плеч долой многолетние обязательства и бремя прегрешений: Отрадно будет отрешиться от близких, отделаться от друзей, не помнить родни, реять, как чайка над взволнованным морем; и я, наверно, утешался бы этим отрадным чувством новообретенной свободы добрый час, если бы церковный колокол не вернул меня к злобе дня. Еле-еле хватит времени умыться, побриться, одеться и вовремя выйти на перекресток, чтобы сделать свой первый или последний жизненный выбор.

Я отказываюсь признавать, что предвидение подразумевает предуказание, даже в устах вседержителей. И не согласен я, будто нельзя и то, и другое, вместе взятое, послать к чертям собачьим. Я настаиваю на том, что я свободный человек и волен выбирать!

В свое время так и оказалось, что волен — до известного предела. Я подошел к розовому умывальнику и увидел свое отражение, которое, опершись о края раковины, косилось на бледно-зеленую зубную щетку, лежавшую на подзеркальнике. Вот оно, мое прошедшее, настоящее и будущее. Неужели я сам купил себе эту пакость гнойного цвета? А если она не моя, то чья же? Я взял ее, поглядел на стертую щетину и положил обратно — брезгливо и недоверчиво.

Всякая зубная щетка обязательно чья-нибудь — и не просто так, а самая интимная принадлежность. Можно позаимствовать у друга или одолжить ему свое мыло, ну, бритву, в крайнем случае даже расческу, но зубную щетку — никогда.

Я никак не мог выяснить, моя это щетка или нет, потому что Я, тот, который ее приобрел, был за пределами моей памяти: Половину второй своей жизни я изведу, припоминаючи себя — до тех пор, пока не распознаю собственную зубную щетку или не стану с ней соотносим.

Годы и годы понадобятся мне, чтобы сравняться с самим собой. Я, значит, все-таки кто-то?.. Даже вот шляпа у меня есть! Неси ж мне смерть, о грузовик! Прекрасней дел, чем в этот день, не будет никогда, и отдых впереди такой, какого я не ждал.

Однако что за несравненное утро, звенящее птичьими голосами и напоенное ароматами. По той стороне аллеи бредут рука об руку девушка с парнем, бедро к бедру, глаз друг с друга не сводят, смеются. О призрак забытый, ветром обвытый, вернись назад.

Да что такое, подумаешь, память? Призрак с полуправдой на устах. Нужно вот подстричь газон рядом с соседским — тот в полном порядке, за беленькой загородочкой. Вдоль черного асфальта короткой и ровной проезжей полосы — лужайка за лужайкой, клумбы, кустарник и деревца перед строем сдвоенных особнячков.

Когда я захлопнул за собой дверь, пожилая дама, дородная, стриженая, в широких брюках, появилась на крылечке домика слева и приветливо обратилась ко мне. Она говорила с английским акцентом. Может, это мне вроде тычка в бок? Так сказать, по-божески подпихнули: Видишь, мол, сколько кроется за пустяками — за какой-нибудь интонацией?

Ведь я ее заметил, заметим, чуть-чуть тоскливо. А может такое статься, что самые сокровенные воспоминания все же просачиваются, вопреки всевышним запретам Их Небожительств?

Очень вам, конечно, признателен. И у меня интонация английская, не ирландская. Любезная, а не сердечная. Да кто же я, в конце концов? Мы — сестры Уиндили. Одинокому всегда ведь тяжело. Особенно после такой утраты! Я прощально-приветственно, с должным прискорбием поднял руку и прошел по автомобильной дорожке через беленькие визгнувшие воротца.

Был или нет особый тон в ее последних четырех словах? Или просто по доброте душевной интересуется новым соседом? Было бы у меня время с нею поговорить, я бы выяснил, почему и отчего мне так уж тяжело и какая такая постигла меня утрата. Овдовел я, что ли? Еще сколько-то подобных намеков — и отыщутся былые друзья. А стало быть, отыщусь и я, тот самый, прошлый?

Влево виднелась поперечная улица, и в потоке машин кремово-голубой автобус. Я направился туда бодрым шагом шестидесятипятилетнего мужчины с вросшим ногтем на ноге. Особнячки примерно на две-три спальни каждый, очень подходящие для молодоженов и супругов преклонного возраста. Лужайки и загородочки, вроде моей, зеленые, белые, глазурно-синие; или черные, как священники, или серые, как монашки.

Бывает черное духовенство в белом облачении? А каковы чернокожие женщины в белых трусиках? Возвышенные, однако, мысли у подножия гильотины. Кругом чистота и порядок.

Машины самых обиходных марок: Petit bourgeois Боже, храни Ирландию. Впрочем, вкус все-таки присутствует. Береза, вишня, ива, миндаль, рябина, драцены, их еще называют зонтичные пальмы — я такие видел в Девоне, на острове Уайт, в Гленгарифе, на Ривьере.

Помнить бы мне столько людей, сколько помню деревьев! Это скромно-пристойное пристанище означает, видимо, что у меня есть в каком-то банке не вклад, конечно, а текущий счет, иногда почти на грани, но не за гранью дефицита. Мне сообщили, что я журналист, вернее, был журналистом. Живучи здесь, я мог бы с тем же успехом быть торговцем, служащим, дантистом, лесничим, мошенником, только не врачом. Вот и угол стены, параллельной шоссе, и табличка с названием тупика по-ирландски и по-английски: Здесь, на углу, если я так решу, я буду спокойно ждать, пока примчится грузовик.

Ждать еще две с половиной минуты. Стук сердца отдавался у меня в левом ухе. Налево уходила в перспективу парковая ограда вышиной в человеческий рост; вдали мигали светофоры. Направо, неподалеку, была церквушка с двумя полосатыми башенками, торчащими, как ослиные уши.

Ни шпиля, ни колокольни. Я вдруг заметил, что возле меня по черной глади гудрона кругами разъезжает девочка с рыжими кудряшками, лет пяти-шести. Серебристо-голубой велосипедик был ей, наверное, главным подарком на Рождество. У меня было ощущение ныряльщика, задержавшегося под водой несколько лишних секунд. Воздух застревал в горле, и прохожий, сворачивая в тупик, изумленно покосился на меня. Скорость шестьдесят миль в час — он что, с ума сошел? За десять ярдов я различил обросшую физиономию, вытаращенные глаза, орущий рот; взвыл клаксон, руки водителя до отказа вывернули баранку, словно у него была одна цель — расплющить меня об угловой столб парковой ограды.

А он просто увидел девочку на серебристо-голубом велосипедике, которую с разгону вынесло из парка наперерез грузовику. В эту миллионную долю секунды я понял, что у девочки два шанса остаться в живых. В двадцать лет я был отличным центр-форвардом; тогда мои мускулы по первому сигналу срабатывали, как пружины. Доживите до тридцати трех — и окажется, что в случае чего среагировать как надо, с прежней сноровкой, удается только мысленно: Может быть, в эту секунду я взвешивал шансы?

Узнавший о гигантской недостаче в выручке распорядитель супермаркета дово- дит клептоманию до кульминации — похищает из кассы хранившиеся там деньги, упаковывает их в саквояж и собирается сообща со старшим приказчиком пуститься в бега.

Пособник преступного распорядителя — двойник бродяги Чарли, в руки которого случайно попадает саквояж с наживой и которого затем принимают за одного из расхитителей. На са- мом деле Чарли — вовсе не вор, он лишь бесплатно пользуется предмета- ми, взятыми с прилавков, например, мыльной кисточкой и бритвенным прибором, чтобы вернуть их на место после того, как они исполнили свое назначение илл.

Действия бродяги упраздняют меновую стоимость промышленных продуктов в пользу их потребительской ценности и Илл. Чарли — антифетишист как в экономическом, так и в сексуальном плане. В одном из эпизодов он спасается от погони, притворяясь продавцом в отделе дамской обуви. Помогая покупательнице примерять туфлю — объект, устойчиво фигурирующий в научной лите- ратуре о сексуальном фетишизме, Чарли забывает о вещи и принимается ласкать ногу женщины.

И в этой сцене, и на протяжении всего фильма Чарли привносит естественность в искусственный порядок он поливает из лейки бумажные цветы и не отличает манекен от живого существа. В результате вмешательства простака симулятивный и машинизиро- ванный мир ввергается в первозданный хаос, который затягивает в себя большинство персонажей кинокартины: Не исключено, что этот роман был учтен и Чарли Чаплиным, перенявшим, похоже, именно оттуда мотив женской клептомании у Золя надзиратели торгового дома ловят на воровстве ни в чем не нуждающуюся богачку — графиню де Бов.

Что касается Дювивье, то он переносит действие романа из XIX в. На этом фоне особую значимость приобретают фильмические отступления от исходного литературного сюжета. Главная героиня обоих произведений, провинциалка Дениза, ус- траивается в кинокартине на работу к Муре не продавщицей в отдел готового платья, как у Золя, а моделью, демонстрирующей парижанам нижнее белье.

Полуобнаженное женское тело входит, таким образом, в число товаров, искушающих покупателей. Зрительный ряд фильма во многом организован контрастом между то и дело разворачиваемыми на показ покупателям рулонами ткани и едва прикрытым телом Денизы илл.

Экранизация Дювивье переиначивает и финал литературного источника. Дядюшка Бодю мирно заканчивает в романе свои дни в богадельне. Бодю погибает, попав под колеса фургона, перевозившего товары Илл. Стоит упомянуть и еще один претекст, к которому восходят заключительные сцены фильма, созданного Дювивье. Безрассудному поступку, совершенному Бодю, предшествует захватившее его психику видение рабочего с киркой, разрушающего квартал, земельный участок которого нужен Муре для расширения торгового предприятия.

Сгущение эстетически отмеченных реминисценций в концовке фильма, противоречащей роману Золя, было обусловлено, скорее всего, желанием режиссера отграничить кинематограф как прежде всего явление искусства от олитературенной прогрессистской идеологии, которая проповедовала примирение труда с капиталом, ускоренно наращивающим оборот и монополистически упраздняющим множественный средний класс буржу- азного общества. Избранные произведения в 6-и тт. Из этой интерпретации становится ясным, почему Золя притягивал к себе внима- ние и многих других режиссеров эйзенштейновского поколения.

Занятые пробле- мой киногенной реальности, они видели в Золя их ближайшего предтечу по работе с готовыми предметами. Золя оказал влияние не только на кинематограф, но и на подражавшие таково- му романы, которые образовали в —х гг. Дениза вытесняет из любовной игры прежнюю пассию Муре, мадам Дефорж. Набоков и здесь перерабатывает источник таким способом, что пре- вращает женское в мужское: Набоков травестийно пародирует Золя, меняет вместе с полом его персонажей тему женских нарядов на тему мужских.

По примеру Бодю из фильма Дювивье в тексте Селина муж лавочницы и отец рас- сказчика, пребывая в состоянии фрустрации, разряжает обойму своего пистолета, но целится не в людей, а в пустые бочки, стоящие в подвале магазина.

Желание на экране 39 источника не более чем безнадежно-самоубийственный индивидуальный протест против монополистического капитала, фэксы заостряют спор с реформизмом Золя до предела.

Они изменяют в своем фильме самый тип оппозитивности, присущей романному искусству Золя, который чуждал- ся строгих взаимоисключений, предпочитая им не совсем — с логической точки зрения — строгие универсальный магазин vs.

Каждый из ее полюсов исчерпывает собой один из двух сталкивающихся друг с другом миров во времени. Theatrum mundi наделен у Козинцева и Трауберга апокалиптическим смыслом, эмбле- матизированным в портрете вавилонской блудницы с фригийским кол- паком на голове — украшением, которое компрометирует революцию тре тьего сословия илл. C консюмеристской твердыней антихриста Илл. Две реальности не в состоянии вступить в отношение обме- на, потому что в первой из них господствует только приобре тение, а во второй — только отдача.

Коммуна терпит поражение, превращаясь в цар- ство теней, — кинокамера запечатлевает их отбрасываемыми на брусчат- ку телами, которые не попадают в кадр. Игра теней, с которой литература о немом кино обычно ассоциировала искусство экрана, контрадикторна театру, развлекающему буржуазию.

Вместо того чтобы быть побежден- ным силами добра в соответствии с Откровением Иоанна, антихристов порядок, изгнанный из Парижа, возвращается туда, пародируя Второе пришествие Мессии, и вершит свой неправедный страшный суд над ком- мунарами, отправляемыми на расстрел.

Какова бы ни была идеологическая позиция, занятая режиссерами только что разобранных фильмов, все эти кинокартины одинаково не приемлют консюмеризм, насаждаемый капиталом, который заинтересован в том, чтобы усилить сбыт индустриальной продукции, сделать любого и каждого своим сообщником.

Немое кино явно не желало быть отождествленным с серийно изготовляемыми товарами массового спроса, с которыми оно имело несомненное фамильное сходство. В той степени, в какой антиконсюмеристские кинопроизведения конституировали себя в качестве эстетически значимых на символистский и авангардистский лад , они стремились к тому, чтобы не быть смешанными и с традиционным искусством, выбирая мишенью полемики романы, шедшие на уступку рынку будь то тексты Чернышевского или Золя.

Соответственно, филь- мы оказывались рассчитанными на некую инновативную рецепцию, расходящуюся с восприятием установившихся художественных форм. Начиная с середины х гг. Фетишистское отчуждение от себя человека, который владеет подменным объектом, становится в кино особенно откровенным 4.

С этой моделью не пришлось бы спорить раннее кино и впрямь сходно с архаическими ритуалами , если бы человек не выступал в ней всего лишь практическим существом, которое соблазняется фантазиями к уклонению от своего пред- назначения — от прагматизма.

Но ведь наша социокультура в целом соста- вляет субститут естественной среды, есть объективированный результат субъектной деятельности. Нужно ли считать эту вторую вселенную плодом фетишистской грезы? Линию Морена продолжил с учетом постмодернистской философии Жан-Луи Бодри, по мнению которого зритель фильма попадает в ловушку симуляции постольку, поскольку невольно идентифицирует себя с кино- камерой, подчиняется ее оптике.

В проанализированных выше фильмах постоянно фигурируют персонажи-наблюдатели, персонифицирующие киновизуальность. В одних случаях мы призываемся разделить с этими героями их точку зрения: Эстетика фильма Aumont Jacques e. В других фильмах, однако, одушевленные аналоги съемочной аппаратуры однозначно отрицательны. Фильм обладает, таким образом, возможностью как апологетизировать, так и компрометировать техновидение, то снимать, то устанавливать дистанцию между своим способом запечатлевать собы- тия и воспринимающим сознанием.

Кино готово отрицать себя в лице сво- их ре-презентантов, быть саморазоблачительным. Несколько иначе, чем Бодри, освещает психику кинозрителей Кристиан Метц. Фетиш — всегда penis.

По этому инфантильному принципу и синефил доверяет кинообразам, отрывая их от фактического мира 6. Концепция Метца уязвима уже по той причине, что она отнимает у кинореципиента право на интерпретацию увиденного; фильмы, однако, нагружены смыслом, неравным непосредственно изобра- жаемому в них.

Метц не обращает внимания на то, что между означающими и означаемыми, отождествленными им с социофизическими реалиями, ле- жит тематико-идеологический слой фильма. Маркс, определивший фетиш как сразу и чувственную, и сверхчувственную смысловую вещь, был бы возмущен, прочти он фильмологические спекуляции Метца. В последнее время исследования кинорецепции либо капитулянтски сдают свои теоретические позиции так, Райнер Винтер настаивает на не- сводимости индивидуального разнообразия в усвоении фильмического со- держания к общему знаменателю 7 , либо по-прежнему, хотя бы и с новыми аргументами, моделируют тех, кто захвачен экранным зрелищем, в обличье фетишистов.

Psychoanalysis and the Cinema Le Signifant imaginaire. Bloomington, Indiana University Press, Желание на экране 43 фетишиста, от которого ускользает его настоящий объект желания, в ка- честве личности, зависящей от чужого взгляда на вещи. Немые фильмы об универсальных магазинах никак не укладываются в главное русло теоретизирования по поводу потребителей кинопроиз- водства.

В приведенных примерах потребительство так или иначе вовсе отрицается. Оно связывается здесь с театром и его аналогами вроде по- каза мод или вставляется у Чарли Чаплина в парадигму искусственной жизни. К кому обращается кино, критикующее товарный фетишизм и ут- верждающее свою небывалость в качестве зрелища — отличающее себя от театра и театральности, а при расширении этого контекста — вообще от ordo artificialis?

Можно сказать, что кино нацеливалось в своих исходных пробах на то, чтобы очистить сознание адресатов от собственнического подхода к вещной среде и побудить их к сугубо зрелищному отношению к искусству. Кино оповещало своих получателей о том, что оно являет собой медиальность как таковую, не покушающуюся на апроприирование вещей с помощью знаков, на покорение мира посредством адамической раздачи имен его слагаемым. Сами эти слагаемые вроде женской сумки у Бауэра значили нечто в функции индексов, по которым можно было восстановить целое 9.

Чистая медиальность предрасполагала себя к асемиотичности в том плане, что затевала прения с вербальными текстами, из которых росла, отказывалась служить как они субститутом реальности и именно поэто- му выбирала в ней для передачи киногенные предметы, указывающие на отсутствие разрыва между изображением и изображаемым. Иначе говоря, становящееся кино было таким — крайне необычным — коммуникатив- ным каналом, в котором устранялась знаковая преграда между информа- цией, поступающей на его вход, и той, что образовывалась на его выходе.

Зритель, которому фильм рекомендовал отречься от присвоения себе увиденного, от распространения самости вовне, оказывался тем Другим, чей взгляд стережет нас повсюду, как только мы вырываемся из уединения. Дру- гой смотрел на экран, а не, как полагает Жижек, с экрана в зрительный зал. Но индексы можно понимать и как преодоление дву- мирия — обособления знакового универсума от референтного, т. Мне ска- жут, что такого рода освобождение зрителя из-под власти киноаппаратуры, ею же и осуществляется, что она лишь прибавляет во влиятельности, мнимо демаскируя свою работу.

Так оно и есть. Но что фиксирует камера, и впрямую, и обходным маневром воздействующая на адресатов фильма? В ее кругозор попадает то, что фильмоподобно. Съемочная техника производит тем самым акт автоидентификации. Свидетель этого акта программируется камерой, од- нако, не как тот, кто ей эквивалентен, ибо ее самотождественность совершен- на, в себе замкнута, а как сторонний наблюдатель. Взаимоотражения мира и прибора исчерпывают друг друга. Только в полноте идентичности киновиде- ние и в состоянии оставаться собой даже при превозмогании себя.

В своей ав- торефлексивности фильм сравним с трансцендентальным субъектом, устрем- ленным к самообъективации. Такое сопоставление уже предпринял Бодри, но трансцендентален для него субъект, не познающий себя, а на волюнтаристский манер ставящий внешнюю действительность в зависимость от своей точки зрения Между тем кино как особого рода мимезис открывает в мире свои предпосылки, не столько субъективирует его, сколько объективирует себя.

Ко- нечно же, фильмическая самообъективация может и не опираться на то, что застает в реальности, творить ее, конструировать свой предмет в образе мира, разительно альтернативного данному, инобытийного — сосредоточиваться не на мимезисе, а на пойезисе. Как бы то ни было, трансцендентальность ки- нозрелища, достоверного ли, фантастического ли, отводит воспринимающему сознанию место лишь по ту сторону в себя погруженного видения — интро- спекции, составляющей единую тему самых разных произведений экранного искусства.

Самость, побеждающая у Сартра таким способом взирающего на нее преследователя, ничем принципиально не отличается в конечном состоянии от того трансцендентального субъекта, каковой в нравственной философии Канта учитывает в своих действиях лицо, на ко- торое они направлены.

Желание на экране 45 Спорным в концепции Сартра кажется то представление о человеке, ко- торое отнимает у него способность помыcлить себя, помимо испытывания страха перед социальным окружением. Надзор сводит нас к выраженности вовне, к феноменальности, не вдаваясь в глубины нашего психического склада. Фильмы сплошь и рядом изображают насилие и разрушение, идя навстречу взгляду Другого, будучи увиденными посторонним, которого они помещают перед экраном.

В свою очередь, кинозритель, наблюдающий сцены насилия, переживает шок — ту крайнюю степень изумления, в которой интеллект парализуется, а воспри- ятие абсолютизируется во всей своей чистоте и отторженности от набран- ного индивидом практического и умственного опыта. Замкнутый в авто- рефлексии, фильм переживает тот же ужас, который он внушает зрителям: Фетишист избегает контакта с живым партнером ради того, чтобы обладать непреложно объектной собственностью, от кото- рой не приходится ожидать никакого тревожащего собственника взгляда.

Обезжизнивание объекта бесповоротно закрепляется тем, что имущество фетишиста — это disjecta membra, некрофилическая синекдоха. Фильмы, в которых киномедиальность берет верх над куплей-продажей в самом широком охвате таковой, не дают ни малейшего повода подозревать их в том, что они внушают фетишизм реципиентам. Эти кинокартины требу- ют от адресатов отчуждения от отчуждения, в которое ведет людей посес- сивность, имущественное накопление.

В силу этого двойного отчуждения зритель становится воплощением самой отрешенности. Он — tabula rasa, носитель очищенного от предпосылочности и предвзятости восприятия, к которому только и должно было апеллировать невиданное ранее искус- ство движущейся фотографии.

Если принять эту дефини- цию, то следует сказать, что фильм адресуется к анонимным представи- телям общества, к коллективному телу, не разъятому на части правом, защищающим личную собственность, и экономикой, поощряющей стяжа- тельство.

Неудивительно, что раннее кино было очень часто склонно со- лидаризоваться с политической революционностью — с восстанием масс, у которых не бывает иного врага, кроме индивида несущественно как об- ретающего свою исключительность — по высокому происхождению, по хозяйственной предприимчивости, по объему владения или по интеллек- туальной оригинальности.

Реципиент кинозрелища — реальное сущест- во, которое может иметь какие угодно черты, но фильм подвигает зрите- лей к тому, чтобы они были в массовом порядке инаковыми относительно персональной идентичности. Кино жаждет найти отзыв у идеального ре- ципиента. Теперь мне придется смешать розданные было карты и испортить умственную игру, затеянную с читателями. С приходом в кино звука рецептивный катарсис, которого фильм добивался от зрителей, ввергается в кризис.

Тот, кто инаков себе, не позиционирован твердо, раз и навсегда. Быть Другим во времени — значит: Такова судьба любой революционно- сти, никогда не удерживающейся на пике своих завоеваний, предающей их в реставрационном соглашательстве с как будто уже избытым 11 Mead George Herbert.

Chicago, The University of Chicago Press, Желание на экране 47 старорежимным порядком. Фильм предназначает себя, конечно же, не неопределенно множественным реципиентам, каждый из которых будет на свой вкус и лад понимать увиденное.

В противном случае кинокартины не были бы семантически связными сообщениями, соответственно, налагающими ограничения на процесс восприятия, регулирующими его протекание. Фильмические послания когерентны не только по отдельности в великом разнообразии своих тем, но и все вместе — как автотематизация движущейся фотографии, что и делает ее в высшей степени специфицированным зрелищем.

Поскольку киномедиальность оп- рокидывает себя в социофизический мир, постольку сдвиги в ее рецепции совершаются по ходу преобразования технических средств, которые находятся в распоряжении создателей фильмов. Внедрение звука в киноизображение вербализовало его, привнесло в него ту знаковость, которая отчуждает человека от себя и приобщает вещам, которая — по последнему счету — овнешнивает сокровенную самость в приобретательстве и накопительстве.

Как аудиовизуальная медиальность фильм оказывается внутренне противоречивым. С од- ной стороны, он продолжает быть авторефлексивным искусством, с другой, — платит щедрую дань театру и литературе, традиционному мимезису, предполагающему способность художественного субститута служить универсальным выразителем любой реальности.

Зритель озвученных кинолент превращается из видящего объекта сверх того еще и в толкователя словесного ряда, сопровождающего изображе- ние 12, совмещает в себе объектное с субъектным.

Мнения курсируют только в семиосфере, препят- ствующей прямому доступу к референтам во всей их очевидности. Словес- ный же текст нуждается в интерпретации, коль скоро вещи, к которым он отсылает, обычно не даны нам непосредственно буквален ли он или тро- пичен? Звуковой фильм кла- дет конец контемплативно-бытийному рецепиенту. Его место занимает тот, кто переходит от созерцательного восприятия к присвоению воспринято- го пу тем интерпретации.

Получатель киноинформации программируется отныне в качестве ее потребителя. Кинематограф не чурается более про- пагандировать консюмеризм, по меньшей мере, допускает его. Soundtrack наделяет фильм прибавочной стоимостью и тем самым завлекает зрителя на рынок, где воцаряется, как сказал бы Теодор Адорно, индустриальное производство культуры В известном смысле фильм вбирает рынок в се- бя, так как звук входит в отношение обмена с наглядностью.

Только что закончившая педагогический техникум молодая учительница рассматривает в мечтах о семейном уюте витрины магазинов илл. Обзаведение вещами и комфортабельное устроение быта подаются режиссерами как норма советской жизни, пусть эта опция и может быть превзойдена, если включиться в еще не утихшую классовую борьбу.

Но в своем генезисе оно не являлось товаром среди прочих товаров. Долгие годы после рождения оно оставалось абсолютной новинкой, существовавшей вне конкурен- ции.

Став звуковым, оно вступило в соревнование с самим собой. Оно отделилось от себя, т. Желание на экране 49 Илл. Не исключено, что, переименовывая свой фильм, Медведкин намекал на роман Золя или на экранизацию этого текста. Соблазнение Хмыря потребительством — дей- ствие, происходящее на пороге: В промежутке между немым и звуковым кино консюмеристская идеология, поступающая в зрительный зал с экрана, обнаруживает себя как явление перехода — как одна из возможных поведенческих установок у Козинцева и Трауберга, как будущность, которая ожидает аграрное по преимуществу общество, у Мед- ведкина, что коррелирует с пороговой организацией мизансцен в фильмах этих режиссеров.

Освоившись со звуком, кино уравняло себя и сходное с ним сцениче- ское искусство для масс с товарами, выставленными на продажу. Граучо в роли частного детектива расследует покушение на убийство одного из совладельцев супермаркета, знаменитого певца Томми Роджерса. По ходу розыска Граучо возглавляет танцевально- музыкальное шоу и использует для цирковых трюков технические при- способления велосипед, роликовые коньки, механизированные кровати , которыми торгует магазин.

Граучо объединяет в себе разные стороны ки- ноработы: В итоге он являет собой жи- вое доказательство того, что пространство продаж преобразуемо в студию, где изготовляется фильм, что то и другое взаимообратимы. Убийство певца затевает менеджер торгового гиганта, который с этой целью вмонтировал пистолет в фотоаппарат. Заговор рушится — и вместе с тем кино торже- ствует над конкурирующей медиальностью, над фотоискусством. Фотогра- фия мертвит, фильм витален на рынке сбыта.

Немой Харпо персонификация дозвукового кинематографа обслуживает за прилавком модную даму — та требует от мнимого продавца найти ей для украшения шляпы ту же материю, что по- шла на платье, которое она носит.

Харпо ныряет под прилавок, подползает сзади к даме, совершающей шоппинг, и выстригает ножницами из подола ее платья нужный ей кусок ткани. Цитата из фильма Николая Экка о пореволюци- онной России звукового, но в эпизоде с беспризорниками и нэпманшей только пантомимного — анамнезис, восстанавливающий, как и у Платона, первообраз — то состояние, в каком кинематограф пребывал, пока он воз- мущал социокультурный узус. Закадровый комментатор вырожденный античный хор наставляет пу блику в кинозале: В центре кинорассказа — за ведующий отделом готового пла- тья Крылов, пекущийся об удовлетворении инди ви дуального спроса.

В отде- ле обнаруживается недостача возможно, отсылающая к кинокомедии Чарли Чаплина — в нечистоплот но сти подозревают ни в чем неповин- ного Крылова. Они спешат в Венецию по неотложным делам, не подозревая, что все тайны их прошлого и будущего давно известны загадочному незнакомцу, который незримо будет сопровождать их до конца поездки. Вскоре в уединенных купе и мрачных коридорах роскошного экспресса развернутся странные и пугающие события, разгадать которые сможет только бесстрашный Мартин, избежавший жестоких ловушек судьбы и сумевший понять коварные замыслы таинственного незнакомца.

Главные роли в захватывающем мистическом триллере Карло Куинтерио "Венецианский синдром" , представляющем собой хитрую и опасную головоломку в духе гениальных детективов Агаты Кристи, сыграли знаменитые актеры: Возвращение", "Я стреляла в Энди Уорхола".

Фред Скепси В ролях: Джек был славным парнем, поэтому Вик, Ленни, Рэй и Винс сели в машину и отправились туда, где шумит бурное море. Их путешествие не будет легким, ибо, перелистывая страницы жизни, они вспомнят все радости и горести, что им пришлось пережить за долгие годы, проведенные в компании веселого и неутомимого Джека. Пестрый вихрь невероятных, забавных и трагических событий прошлого вновь захватит четырех стареющих весельчаков, и только тогда они поймут, какого замечательного человека они потеряли.

Один из ведущих английских режиссеров Фред Скепси "Свирепые создания", "Русский дом" блистательно экранизировал одноименный бестселлер Грэма Свифта "Водная страна" , сняв удивительно добрый и трогательный фильм в лучших традициях британского кинематографа. В году знаменитые актеры, снявшиеся в этой картине, получили Премию Национального совета критиков США "Лучший актерский ансамбль" , среди них: Гэри Фледер В ролях: По рассказу Филипа К.

Дика "Особое мнение", "Вспомнить все", "Бегущий по лезвию", "Крикуны". Уже 10 лет земляне ведут войну с инопланетянами. Талантливый ученый Спенсер Олхэм создает уникальное оружие для борьбы с ними. Но в один прекрасный день его самого объявляют пришельцем и начинают широкомасштабную охоту.

В ситуации, когда его ищут все спецслужбы страны, Спенсер должен доказать свою невиновность и понять, кто он есть на самом деле…. Барри Левинсон В ролях: Никто не любит игрушки так, как Лесли Зиво. Он сам их придумывает и тестирует на фабрике своего отца.

Внезапно отец Лесли умирает, и самая большая компания по производству игрушек в стране переходит по наследству к дяде Лесли - армейскому генералу. Как оказалось, у дяди свои планы в отношении семейного бизнеса.

Злобный генерал собирается наладить производство миниатюрной военной техники. Теперь Лесли предстоит сделать все возможное, чтобы отстоять фабрику от посягательств своего злобного родственника-милитариста.

Джон Пэскуин В ролях: Джо Шефферд Тим Аллен — слабый и робкий человек. Сослуживцы ядовито насмехаются над ним. Однажды шутка заходит слишком далеко: Эту обиду Джо не может проглотить, и на этот раз он хочет дать сдачи! Эти уроки мужества рассмешат и взрослого, и ребенка. Но сможет ли нюня стать настоящим мужчиной или каждый, кому не лень будет и дальше вытирать об него ноги? Джиллиан Армстронг В ролях: Номинация на премию "Оскар". Оскар Рэйф Файнс — молодой священник, который играет в азартные игры, а весь выигрыш жертвует в пользу бедных.

Люсинда Кейт Бланшет — деловая женщина из Австралии, для которой не существует никаких правил, установленных обществом. Познакомившись за карточным столом, они затевают безумное пари. Люсинда строит церковь, сделанную полностью из стекла, а Оскар обязуется перевезти ее в целости и сохранности в Австралию. Ставки сделаны… Если он сможет перевезти стеклянную церковь в Австралию в целости и сохранности, наградой ему будет все состояние Люсинды.

Джонатан Каплан В ролях: Коди, как и три ее подружки — обычные проститутки при салуне. Терпят они унижений гораздо больше, чем зарабатывают. И однажды, не выдержав очередных "грубостей" от клиента, Коди убивает его. По законам штата ее ожидает виселица.

Страх перед смертью и ненависть к своей жизни заставляет Коди с подружками бежать. Для того чтобы выжить, им надо из девчонок легкого поведения превратиться в женщин, которые смогут постоять за себя и за пределами борделя….

Клод Шаброль В ролях: Они уже были женаты много лет назад и быстро развелись. За время разлуки между двумя свадьбами Андре женился на другой женщине Лизбет, у них родился сын Гийом. Они приехали в Швейцарию в гости к Мике. В день десятой годовщины свадьбы Лизбет погибает в автомобильной катастрофе.

Юная Жанн Пулет, которая готовится к международному конкурсу пианистов в Будапеште, случайно узнает, что ее подменили в роддоме, и ее отец Андре Полонски, а Гийом — сын ее родителей. Она вторгается в семью Полонски, чтобы докопаться до истины.

В таком случае Вам нужно обязательно посмотреть третий выпуск наших леденящих душу, РОКовых историй. Рок-звезды -существа талантливые, но абсолютно неорганизованные и распущенные. Они топят свой талант в наркотиках и алкоголе, не подозревая, что тем самым сильно огорчают свою фирму грамзаписи.

Боссам рекорд-компаний никогда не заработать на музыканте, который отправился на тот свет из-за своих пагубных пристрастий! Добро пожаловать в клинику, где из безответственных, но известных музыкантов делают послушных рок-звезд! Она была абсолютно спокойной и нормальной матерью семейства. Она ничего не смыслила в музыке и никогда ею не интересовалась. Просто однажды, совершенно непостижимым образом, она показала сыну, репетирующему со своей группой в гараже, именно те аккорды, которые тот мучительно искал.

Как она это сделала, осталось невероятной загадкой и для самой героини. А потом ее начала безудержно манить электрическая гитара, которую она купила сыну. Эта женщина ни разу в жизни не касалась инструмента, но когда в ее руках оказался красивый черный "Телекастер" сына, она начала "выдавать" соло, от которого сам Эдди Ван Хален позеленел бы от зависти.

Какой же демон вселился в эту со всех сторон положительную женщину?! Вы узнаете об этом лишь тогда, когда посмотрите нашу вторую новеллу! И, что самое интересное, этот зловещий гость - твой большой поклонник! Ведь именно ему ты поешь оды со сцены. В тусклой и унылой жизни Билли Фрэнк Уэйли - "Криминальное чтиво" было лишь одно светлое пятно - альбом рок-звезды Алекса Клэйтона с автографом автора.

И, главное, что этот альбом был подписан незадолго до того, как какой-то маньяк застрелил Клйэтона в упор, когда исполнитель выходил из лимузина, мгновенно причислив знаменитого музыканта к лику рок-святых. Билли бережно хранил эту пластинку с начала восьмидесятых. И вот однажды местная барменша предложила Билли попробовать загадочную субстанцию, которая должна была помочь ему избавиться от страшной депрессии.

И каково было удивление Билли, когда под действием химиката он перенесся в год, в день убийства Алекса Клэйтона.! И теперь Билли хочет помешать смерти забрать кумира…. Джордж Санто Пьетро В ролях: Жизнь порой преподносит совершенно неожиданные сюрпризы! Молодой одаренный студент Кайл Гриффин внезапно получает хорошо оплачиваемую должность стажера в респектабельной строительной фирме.

Еще вчера Гриффин еле сводил концы с концами, а сегодня он - преуспевающий архитектор с шикарной квартирой и частый гость на вечеринках в доме своего босса. Гриффин допускает лишь одну непоправимую ошибку: Кайл не может устоять перед чарами роковой женщины. К несчастью, она - супруга его начальника. Юный Гриффин становится узником своей страсти и уже не думает о последствиях В это же самое время два детектива полиции Лос-Анджелеса распутывают загадочное убийство, нити которого ведут к любовнице Гриффина….

Джули Дэвис В ролях: Дэн Букатински, Ричард Рукколо, Дорис Робертс, Майкл Хэррис, Саша Александр, Эдам Голдберг, Кристина Риччи Случайная встреча в магазине при поисках маленького диванчика для секса обернулась для девушки продолжением романтического знакомства, причем отличным поводом стало желание устроить жизнь лучшего друга - "голубого". У ее бойфренда оказался такой же неустроенный друг.

Эти двое пережили неудачные любовные романы и никоим образом не желали ввязываться в новую историю. Но комедия ошибок, направляя и подталкивая, постепенно открывает путь к истинной любви Совпадение или преднамеренное убийство? Расследование ведет инспектор Бруно Бальдассаре Марчелло Мастрояни , это его единственный шанс спасти свое профессиональную честь, после служебного проступка.

Фрэнк Дарабонт В ролях: Кассовые сборы только в СШАи Канаде - 27,8 млн. Самое важное время в жизни Питера Эпплтона. Потому что это - чужая жизнь. Мажестик - фильм, наполненный любовью к кино и история о человеке, ищущем самого себя.

Кевин Рейнолдс В ролях: Перед вами — новейшая экранизация бессмертного романа Александра Дюма, снятая с применением последних голливудских технологий в области изображения и звука. Бюджет в 40 млн. Его предали те, кого он считал друзьями, и отняли единственную любовь всей жизни… Его честное имя втоптали в грязь… Его обрекли на пожизненное заточение в мрачных казематах замка Иф.

Но зло рано торжествовало победу. Дерзкий побег после 13 лет в тюрьме освободил ангела мщения, который не остановится, пока не покарает своих врагов. Его возмездие будет страшным….

Терри Гилльям, Терри Джоунс В ролях: Знаменитая абсурдистская киноодиссея от лучшей комик-труппы всех времен и народов "Монти Пайтон" породила целое направление в кинематографе, вершины которого — комедии "Аэроплан! Однако первым и лучшим в славном ряду был именно этот фильм, который сделали пятеро сумасшедших британских гениев скетча.

Один из самых смешных фильмов, которые когда-либо были запечатлены на целлулоиде! Эрик Кампнелла В ролях: Обычный школьник Кенни, блуждая по сети, наткнулся в чате на парня, скрывающегося под псевдонимом Середнячок Джо.

Джо крайне нуждался в советах по миллиону вопросов, а у нашего героя как раз был миллион ответов, которые он хотел бы сбыть любому желающему его слушать. Так было положено начало крепкой интернет-дружбы, имевшей, как выяснил наш герой позже, далеко идущие политические последствия. Торнтон Оскуд, который не преминул воспользоваться ценными советами Кенни в управлении государством! Дэвид Блит В ролях: Бывший военный корреспондент Гэри Уитфорд Рон Силвер — "Патруль времени" работает фотографом в престижном мужском журнале.

Обнаружив на лодочном причале у своего дома жестоко избитую Элейн, Гэри не может не отметить ее природную красоту. Предположив, что девушка может стать отличной фотомоделью, он просит Элейн позировать ему.

И действительно, ее сексуальные, провоцирующие фотографии приносят Гэри успех и превращают Элейн в идеальную "девушку для обложки", украшающую самые модные журналы для мужчин. Но вскоре Элейн исчезает, а Гэри, первым нашедший ее изувеченное тело, становится главным подозреваемым. Стремясь доказать свою невиновность и выследить таинственного убийцу, Гэри решает "вызвать огонь на себя".

Но полиция отказывается его прикрывать, и Гэри вынужден сражаться в одиночку…. Стюарт Гордон В ролях: Новый фантастический фильм ужасов режиссера Стюарта Гордона "Реаниматор", "Крепость", "Извне" и продюсера Брайана Юзна "Книга мертвых", "Возвращение живых мертвецов 3", "Невеста реаниматора" По бестселлеру непревзойденного мастера жанра "horror" Ховарда Лавкрафта. Номинация на лучший фильм года международного фестиваля в Порто.

Старинный рыбацкий городок Имбока кажется пустым, но из окон домов за потерпевшими кораблекрушение Полом и Барбарой внимательно следят. А с наступлением темноты кажется, что весь город пустился за ними в погоню. Это потомки жестокого бога моря Дагона вышли на ночную охоту. Всех пришлых приносят ему в жертву. С мужчин живьем сдирают кожу, а женщины становятся наложницами чудовищных полулюдей-полурыб, населяющих Имбоку.

Но Пол не из тех, кто "дешево продаст" свою жизнь…. Мариус Балчунас В ролях: Когда огни неоновых вывесок и последние остатки озонового слоя растворяются в первых лучах восходящего солнца, постояльцы мотеля "Пинк" начинают пробуждаться ото сна. Прекрасная латиноамериканка Рамона объявляет потрясенному отцу — владельцу мотеля Рейнальдо, что собирается замуж за "гринго". Юная Лиллиан просыпается в одной постели с незнакомым мужчиной.

Фанатка здорового образа жизни Констанс усердствует, готовясь к замужеству с доктором — любым доктором. А поэтам-наркоманам Питу и Алексу предстоит нелегкая разборка со злобным сутенером мистером Мандарином, которому они задолжали за бурно проведенную с парочкой проституток ночь.

В "пяти комнатах" мотеля "Пинк" не соскучишься Гленн Дерфорт, Колин Тиг В ролях: Созвездие молодых британских актеров в новом гангстерском боевике о криминальном мире Лондона. Джилли вышел из тюрьмы, не имея за душой ничего и никого, за исключением старого друга Джея, чью вину он взял на себя. Джилли хочет лишь начать все заново с деньгами, которые ему задолжали.

И Джилли придется вместе с Джеем поработать на мафиозного босса Макса Белла. Джей пристроил в его банду даже своего младшего брата, продающего наркотики на улице в компании таких же подростков. Узнав о том, что Джей втайне от него собирается провернуть крупную сделку по продаже оружия, Макс подставляет его и Джилли под пули своих сообщников из полиции.

Макс хочет избавиться от "лишних людей" и поделить с полицейскими деньги и товар. Но ни Макс, ни Джей не знают, что все это время Джилли вел свою собственную игру…. Стивен Куэйл В ролях: Суперпожар — одно из самых смертоносных явлений природы. Его энергия сравнима с атомной бомбой, а дымно-огненный гриб может взметнуться вверх до небес. Пламя мчится со скоростью свыше ста километров в час и выжигает почву до самого основания. В центре суперпожара образуется мертвая зона, в которой совершенно нет кислорода, и попавшие в нее люди взрываются изнутри, превращаясь в угольные мумии.

Опытный пожарник Джим Меррик Д. Суини опасается, что рельеф местности и направление ветра могут превратить в суперпожар яростный огонь, бушующий в лесах вокруг города Портленд в штате Орегон.

Джим уверен, что только мощная "огневая бомба" может предотвратить страшную катастрофу. Чтобы спасти тысячи людей от мучительной гибели в бушующем пламени, Джим должен рискнуть собственной жизнью Мини-сериал будет выпущен на двух кассетах. Борис фон Зиховски В ролях: Смерть устроила себе вечеринку!

Местом ее проведения выбран крупнейший бассейн города. Но во время вечеринки таинственный убийца, не встречая сопротивления, начинает безжалостно убивать одного подростка за другим. Погоня по лабиринту плавательных бассейнов и раздевалок набирает обороты, и постепенно становится ясна страшная правда: Устав от работы, он хочет оставить службу и попытаться обрести простое человеческое счастье, как когда-то в годы далекой юности. Но прошлое не отпускает Фабио и ему вновь и вновь придется вступать в жестокую схватку со своими врагами: Менахем Голан В ролях: Андре Тешине В ролях: На этот раз его путешествие будет еще более опасным, потому что Серж впервые отважился перевезти через границу партию гашиша.

Он не представляет, что ждет его впереди, но еще большим испытанием станет для него свидание с Сарой, которая хочет бросить всё и уехать в Канаду.

Мчась навстречу неведомому будущему, Серж знает: Знаменитый французский режиссер Андре Тешине "Дикий тростник" - 3 премии "Сезар"; "Свидание" - приз за лучшую режиссуру в Каннах; "Воры", "Барокко" , удостоенный за этот фильм номинации на премию "Золотой лев" на Венецианском фестивале года, снял напряженную психологическую драму, блистательно показав непростые взаимоотношения влюбленных и стремительные события, которые наполняют остротой и непредсказуемостью их бурную жизнь.

Он был любознательным и зорким наблюдателем фактического поведения людей, а также различных проявлений бессознательного. В противоположность Фрейду Лоренц изучал животных, особенно низших, и в этой области был, без сомнения, в высшей степени компетентен. Однако его понимание человека не выходит за рамки знаний среднего буржуа. Он не расширял свой кругозор в этой области ни систематическими наблюдениями, ни изучением серьезной литературы.

Но самый главный его метод — это отнюдь не самонаблюдение, а метод заключения по аналогии на материале сравнения поведения определенных животных и поведения человека. Вытеснению в бессознательное могут подвергаться также неприятные переживания, мысли, воспоминания реальной жизни.

Бессознательное является и источником влечений, и системой психики, включающей в себя первичные и вытесненные влечения.

Он нигде напрямую не ссылается на его работы, а когда упоминает его, то опирается при этом на Фрейда в интерпретации своих друзей-психоаналитиков. К сожалению, они не во всем и не всегда были правы, или же Лоренц не все у них понял правильно.

Многоплановый антропоморфизм Лоренца идет рука об руку с этими аналогиями. Однако они создают приятную иллюзию, будто человек понимает то, что чувствует животное, — и в этой иллюзии состоит главный секрет их популярности.

Спрашивается, кто же не мечтал научиться говорить с рыбами, птицами и домашними животными? Поскольку Лоренц поможет напрямую доказать свою гипотезу в отношении человека и других приматов, он выдвигает несколько аргументов, которые должны усилить его позицию.

Все это он проделывает в основном методом аналогии; он обнаруживает черты сходства между человеческим поведением и поведением изучаемых им животных и делает вывод, что способ поведения в обоих случаях обусловлен одной и той же причиной.

Многие психологи критиковали этот метод. Знаменитый коллега Лоренца Н. И он сопровождает этот факт следующим комментарием: Аналогичные ситуации встречаются у людей. У нее прислуга не задерживалась больше чем месяцев. Каждую новую служанку она регулярно хвалила, восхищалась ею и клялась, что наконец-то нашла настоящую жемчужину. В последующие месяцы ее оценки становились более трезвыми, она сначала видела мелкие недостатки, затем переходила к упрекам, а в конце названного срока видела в несчастной девушке одни только отрицательные и достойные ненависти черты — и в конце концов девушку, как правило, увольняли раньше срока и с большим скандалом.

После такой разрядки старая дама готова была в следующей служанке видеть чистого ангела. Я далек от мысли посмеяться над моей любимой и давно почившей тетушкой.

Ибо совершенно идентичные процессы происходят с серьезными и в высшей степени владеющими собой мужчинами не исключая и меня самого. Пример тому — лагерь военнопленных. Так называемая полярная болезнь или экспедиционная холера охватывает главным образом малые группы мужчин, если последние вынуждены обстоятельствами быть рядом и лишены возможности общаться с чужими людьми, не имеющими отношения к кругу друзей.

Из сказанного становится ясно, что накопление агрессивности растет и становится опаснее по мере того, как члены группы узнают друг друга, начинают лучше понимать и любить… Могу заверить вас, что в такой ситуации заложены всевозможные возбудители внутривидового агрессивного поведения. Субъективно это выражается в том, что на какое-либо малейшее проявление своего лучшего друга как он дышит, сопит и т.

Похоже, что Лоренцу не приходит вовсе в голову, что личный опыт его тетушки, его товарищей по плену и его собственные впечатления вовсе не обязательно доказывают общезначимость подобных реакций. Даже при объяснении поведения своей тетушки Лоренц, похоже, не думает, что вместо гидравлической интерпретации согласно которой агрессивный потенциал нарастал, достигая своего апогея и нуждаясь в разрядке каждые 8 месяцев можно 1 Уже в г.

Лоренц обнаружил склонность к сравнению биологических и социальных феноменов что в целом совершенно недопустимо. Это проявилось самым ярким образом в его работе, где он доказывал, что в тот Момент, когда принципы естественного отбора перестают служить биологическим потребностям расы, им на смену должны прийти государственные законы.

С точки зрения психоанализа следует предположить, что тетушка была весьма нарциссической1 личностью, склонной использовать других людей в своих интересах. В каждой следующей служанке она видела ту, которая наконец-то будет соответствовать ее ожиданиям. Подобный процесс пробуждения тоже требует некоторого времени.

А затем тетушку посещали резкое разочарование и гнев, которые наблюдаются в каждом нарциссическом эксплуататоре в случае фрустрации. И тот же самый механизм продолжает работать до самой ее смерти либо до того момента, пока больше никто не придет к ней работать. Подобное развитие событий можно встретить не только в отношениях между рабочим и работодателем.

Нередко подобным образом развиваются и семейные конфликты. И поскольку служанку выгнать легче, чем развестись, то нередко дело доходит до пожизненных сражений, в которых стороны постоянно пытаются наказать друг друга за оскорбления, которые накапливаются, и несть им числа. Речь идет здесь о специфической проблеме собственно человеческого характера, а именно о нарциссически-эксплуататорской этичности, но вовсе не о проблеме накопившейся энергия инстинктов. То, что описывает Лоренц, есть не что иное, как инстинктивно детерминированная модель поведения.

Но разве у гуся, рыбы или собаки есть свое Я, которое она он может забыть? Разве самый факт человеческого самосознания не зависит от нейрофизиологических структур, имеющих место только в человеческом мозгу? Разве само понятие самосознания не является жестко связанным именно с человеческим способом отношения к миру хотя и имеет в основе своей определенные нейрофизиологические процессы в мозгу?

Однако его рассуждения по аналогии в отношении человеческого поведения иногда просто обескураживают: Перед лицом 1 Нарциссическая личность — личность, психосексуальная энергия которой направлена на самое себя от имени греческого юноши Нарцисса, влюбившегося в собственное отражение. В психоанализе понимается как задержка в удовлетворении влечений или препятствие на его пути подробнее см. Лоренц идет в своих аналогиях между поведением животных и человека еще дальше, что особенно ярко проявляется в его рассуждениях о проблеме человеческой любви и ненависти.

Вот каковы его представления об этом предмете: Ну что же, предположим, что Лоренц действительно наблюдал нечто подобное.

Однако в этом месте он вдруг совершает скачок в область человеческой психологии. После того, как он констатирует, что внутривидовая агрессивность на миллионы лет старше, чем личная дружба и любовь, он делает из этого следующий вывод: Однако это не совсем верно сказано; на самом деле не любовь знает такое превращение, а разрушенный нарциссизм влюбленных, т.

Утверждать, что ненависть имеет место лишь там, где была любовь, — это значит привести элемент истины к полному абсурду. Угнетенный ненавидит своего угнетателя, мать — убийцу своего ребенка, а жертва пытки ненавидит своего мучителя. Так что же, эта ненависть связана с тем, что прежде там была любовь или, может быть, она все еще присутствует? Речь идет о коллективной радости, разделяемой всеми членами группы при виде поверженного врага.

Каждый нормально чувствующий мужчина знает это особое субъективное переживание. Здесь наступает момент, когда человек забывает все и вся, он чувствует себя выше всех повседневных проблем, он слышит лишь один призыв, он готов идти на этот зов и выполнить святой долг воителя, а ведет его воля к победе.

Любые препятствия, стоящие на этом пути, утрачивают свое значение, в том числе инстинктивный страх нанести ущерб своим собратьям, убить своего соплеменника. Разум умолкает, как и способность к критике, и все другие чувства, кроме коллективного воодушевления борьбой, отходят на задний план… короче, великолепно звучит украинская пословица: Фактически, индивиды и группы сильно отличаются друг от друга в проявлениях 2.

Соответственно и у немцев было мало сообщений о жестокостях противника по той простой причине, что их и впрямь было мало. Даже во время второй мировой войны, несмотря на общий рост жестокости в мире, зверские поступки в целом ограничивались особой средой — нацистами.

В среднем регулярные армейские части с обеих сторон не совершали военных преступлений в тех масштабах, которые следовало бы ожидать согласно теории Лоренца. То, что он называет зверским поведением, связано с садистским, вампирским типом личности. И хотя я совершенно уверен, что сам Лоренц не имел намерений защищать жестокость, все равно его теоретический аргумент оказывает практическую услугу такой защите.

А его метод мешает пониманию структуры личности, индивидуальных и общественных условий и причин возникновения и развития преступности. Разве есть хоть один пример, подтверждающий, что искусство и наука процветают лишь там, где существует угроза нападения извне?

Объяснение Лоренцом причин любви к ближнему есть также смесь инстинктивизма с утилитаризмом. Человек спасает друга, ибо тот уже не раз спасал его самого… да еще и потому, что так поступали его предки еще в период палеолита… — все это звучит настолько легковесно, что избавляет нас от комментариев. Ни один человек не может почувствовать радость, узнав, что войны неизбежны, что искоренить войну в принципе невозможно, ибо она является следствием врожденно-инстинктивного поведения. Он ищет средства, чтобы помочь обществу избежать трагических последствий агрессивного инстинкта: Некоторые его предложения похожи на фрейдовские, но все же разница очень велика.

Фрейд выдвигает свои предложения с большой долей скепсиса и скромности, Лоренц же заявляет: Второй путь — это исследование так называемой сублимации методом психоанализа. Рассмотрим внимательно каждый пункт этой программы. Для Фрейда понятие самопознания означает, что человек осознает то, что существует на бессознательном уровне; и это крайне трудный процесс, ибо человек при этом встречает огромное сопротивление,1 которое мешает осознать неосознанное.

Самопознание в смысле Фрейда — это не только интеллектуальный, но одновременно и аффективный процесс, как его понимал еще Спиноза. Это познание, которое осуществляется не только с помощью разума, но и с помощью сердца.

Позвать самого себя означает интеллектуально и эмоционально проникнуть в самые потаенные уголки своей души. Это процесс, который может длиться годы, а то и целую жизнь когда речь идет о душевнобольном, который серьезно хочет избавиться от своего недуга и стать самим собой. Исцеление проявляется в усилении энергии, которая высвобождается, когда у человека исчезает необходимость тратить силы на вытеснение; поэтому человек пробуждается и высвобождается по мере того, как он глубже проникает в свою субъективную реальность.

Пожалуй, Лоренцово понимание самопознания скорее можно сравнить с фрейдовской теорией о влечении к смерти. Если следовать аргументации Лоренца, то практика психоанализа полностью исчерпывается чтением собрания сочинений Фрейда. Невольно приходит на ум поговорка Маркса о том, что того, кто упал в воду, не умея плавать, не спасет знание законов гравитации. Свой второй рецепт о сублимации Лоренц даже не раскрывает. К сожалению, представление о том, что личное знакомство выполняет функцию снижения агрессивности, не получило подтверждения.

Гораздо больше примеров обратного. Англичане и немцы довольно хорошо были знакомы до г. Есть еще одно убедительное доказательство. Ни одна война, как известно, не вызывает больше ненависти и жестокости, чем гражданская, в которой стороны особенно хорошо знают друг друга. А разве ненависть между родственниками из одной семьи становится меньше оттого, что они отлично знают друг друга?

Это знание не имеет ничего общего с глубинным эмпатическим проникновением в переживания другого человека, которые становятся мне понятны лишь тогда, когда я мобилизую весь свой опыт, вспоминая и сравнивая аналогичные или хотя бы мало-мальски сходные ситуации из своей жизни. Познание такого рода требует от познающего определенных усилий, чтобы он сам справился со многим вытесненным из своего сознания материалом; и в этом процессе постепенно реализуются новые пласты нашего бессознательного, которые раньше были помехой на пути самопознания.

И если достигнуто такое понимание которое не поддается рациональной оценке , то это ведет к снижению, а то и 1 Сопротивление — в психоанализе обозначение силы, которая мешает человеку осознать вытесненные влечения. Задача психоаналитика — преодолеть сопротивление и помочь пациенту осознать бессознательные содержания своей психической жизни. Особое место среди его рекомендаций занимает спорт. Никто не отрицает того факта, что спортивная борьба может вызвать слишком серьезную агрессивность. Недавно мы имели возможность убедиться в этом, когда во время международного футбольного матча в Латинской Америке взрыв эмоций привел к вспышке настоящей войны.

И поскольку нет доказательств того, что спорт снижает агрессивность, то одновременно следует подчеркнуть и то, что мотивировка спорта необходимостью разрядки агрессивного потенциала также не имеет доказательств.

То, что в спорте приводит к агрессии, — это дух соревнования и зрелищность, которая культивируется и стимулируется общей коммерциализацией спортивных мероприятий, когда главную роль играют деньги и популярность, а вовсе не гордость спортивными показателями.

Многие видные наблюдатели несчастных Олимпийских игр г. Еще важнее то, что условие, при котором он отказывается от разрушения другой страны, состоит в том, что там живут люди с такими же, как у Лоренца, вкусами и привязанностями… А то, что речь идет просто о живых людях, которые могут погибнуть, — этого недостаточно.

Именно эти принципы преобладали в системе воспитания в немецких гимназиях перед первой мировой войной, однако большая часть учителей этих гуманистических гимназий, вероятно, была значительно воинственней настроена, чем простые немцы… Однако по-настоящему оказать сопротивление войне может 1 Возникает один интересный вопрос: Вряд ли стоит пытаться искать причину в том, что, как правило, некто по крайней мере в современных межнациональных конфликтах не преследует цель уничтожить врага.

Цель таких войн ограниченна: Трудно сыскать более убедительную иллюстрацию, чем тот факт, что Германия, потерпев фиаско в двух мировых войнах, после каждого поражения подымалась и расцветала пуще прежнего. Исключение из правила составляют войны, целью которых является физическое уничтожение или порабощение всего населения другой державы такие войны, мы знаем, можно найти у римлян, но отнюдь не все войны были такими.

В гражданской войне противники имеют целью если не физическое, то по меньшей мере экономическое, социальное и политическое уничтожение. Бели такая гипотеза верна, то это означает, что степень деструктивности в целом зависит от серьезности угрозы.

Обожествление эволюции Невозможно до конца понять позицию Лоренца, если не знать о его фанатической приверженности дарвинизму. Такая позиция не редкость в наши дни и заслуживает серьезного изучения как важный социально-психологический феномен современной культуры. Глубочайшая потребность человека в том, чтобы избавиться от чувства одиночества и заброшенности, прежде находила удовлетворение в идее Бога, который создал этот мир и заботится о каждом отдельном существе.

Когда эволюционная теория разрушила образ Бога как высшего творца, одновременно утратила силу и вера в Бога как всемогущего отца хотя многие сумели сохранить веру в Бога наряду с признанием теории Дарвина. Однако для тех, у кого вера в Царствие Божие пошатнулась, сохранилась потребность в какой-либо богоподобной фигуре.

И некоторые из них провозгласили в качестве нового бога эволюцию, а Дарвина объявили ее пророком. Для Лоренца — и не только для него — идея эволюции стала ядром целой системы ценностных ориентации. Дарвин открыл для него окончательную истину в вопросе о происхождении человека. Все явления, связанные с экономическими, религиозными, этическими или политическими обстоятельствами человеческого бытия, отныне объяснялись исключительно с позиций теории происхождения видов.

Союз личной любви и дружбы, на котором основано наше социальное устройство, возникает на том этапе развития родового строя, когда нужно было ограничить агрессивность и обеспечить мирное сосуществование двух и более индивидов. Новые жизненные условия современного человечества, бесспорно, заставляют искать новые механизмы, препятствующие агрессивности всех против всех.

Именно отсюда выводится естественное, чуть ли не природой заложенное требование братской любви человека ко всем людям. Это требование не ново, разумом мы понимаем его необходимость, сердцем ощущаем его красоту, но все же мы не в силах выполнить его, так уж устроен человек.

К этому моменту он умел жонглировать, ходил по канату, был неплохим акробатом, наездником, владел многими инструментами и был ангажирован в Национальный швейцарский цирк на… должность кассира. В этом цирке Адриен сблизился с молодым музыкальным эксцентриком, выступавшим под именем Брик, и заменил его ушедшего партнёра Брока.

Под этим именем он впервые вышел на манеж 1 октября года. Дебют состоялся в Национальном швейцарском цирке в Ниме. Затем Грок выступал с известным клоуном Антонэ, а в последние годы работал без постоянного партнёра. Успех у Грока был триумфальный. Журналисты осыпали клоуна такими похвалами, что многие спрашивали себя, не присутствуют ли они при рождении нового гениального мастера буффонады, при рождении второго Чарли Чаплина.

Надо сказать, что хор похвал продолжал усиливаться, сопровождая все выступления Грока в Париже. У каждого, кто видел его номер, оставалось ощущение, что он достиг высшей степени мастерства.

Публика мюзик-холла, по крайней мере во Франции, была пресыщена; и тогда Грок, король буффонады, принял предложенный ему цирком Медрано ангажемент. Его номер привёл цирковую публику в восторг, она устроила ему овацию. У Грока был певучий и жалобный голос, и вдруг он резко бросал: Грок, более разумный, чем его панегиристы, только посмеивался: Ни искусство, ни философия меня не интересуют, я не принадлежу к числу людей умственного труда.

Всё, что говорят обо мне по этому поводу, очень мило, но не соответствует истине, всё это весьма искусная реклама, которую мои любезные друзья и покровители создают мне без всякой задней мысли. Грок умел безраздельно владеть аудиторией. Ни до него, ни после не было клоуна, который мог бы оставаться наедине с публикой 70 минут. Грок понимал, что и виртуозных трюков, и даже ума недостаточно, чтобы покорить публику. Нужно добиться контакта с ней. Вот что он писал по этому поводу: И можете мне поверить, что настоящее мастерство артиста состоит из двух половин: Горе артисту, который в своём высокомерии, упоённый успехом, забывает это правило.

Потом на манеже появлялся сам Грок, он с трудом тащил огромный контрабасный футляр. Поставив его на сцену, клоун извлекал из него скрипочку, такую крохотную, что она уместилась бы на ладони. Он хочет, например, поиграть на фортепьяно. Но стул и музыкальный инструмент в разных концах сцены. Осознав это, Грок со страшным напряжением придвигает… фортепьяно к стулу. Крышка фортепьяно била его по пальцам один раз, другой.

Теперь клоун настороже, он играет, едва прикасаясь пальцами к клавишам, следит за коварной крышкой и в последнее мгновение отдёргивает руку. Он необыкновенно доволен и с насмешливым видом дует себе на пальцы. Однако, перед тем как снова начать играть, он снимает крышку и ставит её рядом с инструментом. Грок садится за фортепьяно, снимает цилиндр и кладёт его на открытую крышку.

Цилиндр скатывается на пол, как с горки. Клоун до крайности смущён неожиданностью. Но как же его теперь достать? В голове Грока снова мучительно работает мысль. Наконец он взбирается на фортепьяно, садится на крышку и проделывает путь скатившегося цилиндра. Грок снова кладёт цилиндр и перчатки на фортепьяно, играет, видит, что перчатки вот-вот скатятся вниз, он одной рукой хватает цилиндр, ловит в него перчатки, продолжая музицировать другой рукой. Неповторим его трюк со стулом, когда он, ломая сиденье, проваливается в него, оказавшись в немыслимой позе, согнутый пополам, вдруг выскакивает из стула и садится на спинку, по-турецки поджав ноги.

Грок с успехом гастролировал по странам Европы. Между поездками он обязательно приезжал в Париж. И всё же Грок начал прибегать к хитрости. Он неоднократно объявлял в прессе, будто намерен оставить свою профессию и выступает, мол, в последний раз. Журналисты и авторы рекламных статей, не без ведома директоров цирков, поддерживали эту невинную ложь. В году Грок распространил среди владельцев кинотеатров фильм о своей жизни, автором которого был он сам.

Фильм успеха не имел. После того как артист, по обыкновению, исполнил целый концерт на своей крохотной скрипке, на фортепьяно, на концертино, на аккордеоне и на саксофоне, он вдруг заявил плачущим голосом: Это было неожиданно и смешно. В том же году Грок совершил вместе с цирком Медрано гастрольную поездку по Франции. В чём причина небывалого успеха этого артиста? Какого терпеливого труда потребовал от артиста знаменитый клоунский трюк, когда Грок, перекинув смычок через плечо, наподобие ружья, и двигаясь строевым шагом, умудрялся принимать самые невероятные позы, подвергая нешуточной опасности свой спинной хребет!

В это время он, бесспорно, достигал вершин акробатической клоунады. После войны Грок выпустил два новых фильма, в которые включил лучшие свои номера. Прежде чем удалиться от дел, Грок устроил серию прощальных выступлений на сцене и на манеже. Последний раз он вышел на арену в Гамбурге 31 декабря года. Умер знаменитый клоун 14 июля года в своём роскошном мраморном дворце в Италии.

Леонид Утёсов так и не смог забыть его: Анна Павлова стала легендой ещё при жизни. Её стихия была грусть. Созданные ею образы глубоко западали в душу. Павлова соединяла глубочайшую душевную чуткость с виртуозностью, с полнейшим владением техникой. Благодаря ей многие познакомились с искусством балета, увлеклись им. Режиссёр Владимир Немирович-Данченко говорил: Танцы Анны Павловой отличались пластичностью поз и движений, в прыжках она казалась невесомой, воздушной.

По словам балерины Тамары Карсавиной, Павлова была олицетворением романтической красоты в танце. Обаяние её личности было так велико, что она производила на публику неизгладимое впечатление. Анна Павлова появилась на свет в году. По поводу точной даты дня рождения Анны Павловны Матвеевны мнения расходятся. Это и 1 февраля, и 12 февраля, и даже 1 декабря года. Официально она считалась дочерью прачки Любови Фёдоровны и рядового солдата Преображенского полка Матвея Павловича Павлова.

Есть предположение, что в действительности Анна была внебрачной дочерью петербургского богача Лазаря Полякова. Окончив балетное отделение Императорского театрального училища, Анна дебютировала на сцене Мариинского театра. Вскоре она стала примой. В Мариинку каждый вечер стекались десятки поклонников Анны Павловой. Их число постоянно росло. А потом была совместная работа с балетмейстером Михаилом Фокиным.

Камиль Сен-Санс добился встречи с Павловой лишь для того, чтобы сказать ей: Михаил Фокин, как никто другой, понимал балерину: Поэтому-то в единодушной восторженной оценке Павловой сходятся художники, композиторы, писатели, балетмейстеры, танцоры всех направлений.

И классики, и модернисты одинаково восторгаются ею…. Гастроли Павловой в Стокгольме были её премьерой на европейской сцене.

Истинную радость испытала балерина после одного из представлений в стокгольмском театре. Потом они начали петь милые шведские песни. Я не знала, что делать. В году антрепренёр Сергей Дягилев организовал в Париже гастроли русского балета.

Символом и эмблемой первого русского сезона стал портрет Анны Павловой, написанный Серовым для афиши. Эти афиши ночью снимали молодые художники и уносили в свои студии, чтобы хранить как бесценную реликвию. Павлову поразил Париж своей лёгкостью и грацией, поэтичностью и гармонией движений.

Но реклама, сосредоточенная на Нижинском, почти обошла эту великую танцовщицу. К тому же большой художественный ансамбль давил её, отнимая внимание зрителя от её личного искусства. Ей балет нужен был как фон, не более. Проработав в дягилевской антрепризе всего один сезон, Павлова создала собственную балетную труппу, и с этого времени вся жизнь её протекала в непрерывных гастрольных поездках.

За двадцать два года бесконечных турне Павлова покрыла более тысяч миль, по приблизительным подсчётам, она дала около девяти тысяч! Это был труд на износ. Анна Павлова первой открыла русский балет для Америки. Во время гастролей её познакомили с Томасом Эдисоном. Эдисон, восхищённо глядя на русскую балерину, ответил: Ведь вы, как мне известно, почти всегда в пути.

И всё для того, чтобы как можно больше людей приобщить к красоте, которую выражаете своими ганцами. В апреле года состоялось первое выступление Павловой в Лондоне. А потом был Париж. Гастрольные маршруты Павловой пролетали по всему миру. В Мехико она с большим успехом исполняла мексиканские народные танцы. Каждый раз в конце номера к ней на сцену со всех сторон летели широкополые сомбреро, которыми мексиканцы особенно дорожат. Таким необычным способом они выражали свой восторг. Ещё более ценили зрители эти шляпы после того, как Павлова бросала их обратно.

Особую страницу в жизни балерины заняла Индия, где Павлова побывала дважды. Она вдохновила индийских артистов на творческие искания. Деятель индийской культуры Диван Чеманлал вспоминал: Её страждущая душа коснулась меня, увлекла меня куда-то ввысь, глаза мои наполнились слезами… Казалось, что в своём танце она хотела отразить всю классическую музыку и драму, показать мучительное бессилие человеческого духа, заключённого в бренном теле и стремящегося освободиться, вырваться из него.

Он был одним из самых способных импресарио своего времени, который сразу понял могущество прессы. Дандре устраивал пресс-конференции, приглашал фоторепортёров и газетчиков на выступления Павловой, давал многочисленные интервью, связанные с её жизнью и творчеством.

Сохранилось множество фотографий, запечатлевших Анну Павлову на берегу озера, по зеркальной глади которого скользят белое нежные птицы. В Айви-хаус действительно жили лебеди, а один из них по кличке Джек был любимцем Анны. Широко известна фотография балерины с лебедем на коленях. Во времена Павловой мало кто из публики был искушён в искусстве танца, и всё же везде за ней следовали толпы охваченных восторгом людей.

Поклонники взбирались друг другу на плечи, чтобы лучше её рассмотреть, бежали вслед за поездом, когда она уезжала, вскакивали на подножки вагона, часами простаивали под проливным дождём, чтобы только взглянуть на своего кумира. Всюду её встречали овациями. Официальные приёмы, балетные выступления, на которые Павлову неизменно приглашали в качестве почётной гостьи, встречи с высокопоставленными людьми занимали почти всё её время.

Как-то русское консульство давало обед в честь Павловой, на который был приглашён и Чарли Чаплин. Банкет был весьма официальный. Тосты произносились на французском и на русском языках. Некий профессор расточал Павловой страстные похвалы по-русски. Кончил же он тем, что расплакался, подошёл к Павловой и горячо её поцеловал.

Чаплин заявил, что английский язык слишком беден, чтобы выразить всё величие искусства Павловой, и потому он будет говорить по-китайски. И начал бормотать что-то с китайским акцентом, приходя, как и профессор, всё в больший раж. Чаплин заключил свою шутливую речь тоже поцелуем, но гораздо более пылким, закрывшись салфеткой от посторонних взоров.

Присутствующие разразились хохотом, и это разрядило торжественную строгость обстановки. Чарлз Чаплин был большим поклонником таланта Анны Павловой. В своей автобиографической книге он писал: К немногим художникам, достигшим его, принадлежала и Павлова. Её танец я никогда не мог смотреть равнодушно. В её искусстве, при всей её блестящей технике, была какая-то светлая сияющая нежность, напоминавшая лепесток белой розы.

Каждое её движение притягивало. На год Виктор Дандре запланировал длительные гастроли. Балетные спектакли в Европе предполагалось начать с Нидерландов. По всей Гааге были расклеены афиши, извещавшие, что 19 января состоится выступление величайшей балерины нашего времени Анны Павловой с её большим балетом. В сообщение о том, что Павлова отменяет спектакль из-за простуды, никто не поверил. Несмотря на болезнь Анна всё-таки приехала в Гаагу.

Но здесь воспаление лёгких у неё перешло в плеврит. У постели балерины днём и ночью дежурили врачи. Анна Павлова, уверяет мемуарист, любой ценой хотела ещё раз выйти на сцену. Балерина скончалась в ночь с 22 на 23 января. Для художников, композиторов, для балетмейстеров она была вдохновением… Павловой нет, нет её искусства.

Но влияние её осталось. В перерыве между первым и вторым номером программы дирижёр Констант Ламберт обратился к зрительному залу: Занавес взвился, и на затемнённой сцене, задрапированной серыми сукнами, появилось пятно прожектора; передвигаясь, луч как бы следовал за движениями той, кого уже не было.

Весь зал поднялся и стоял молча, пока звучала эта музыка, которая всегда будет напоминать о великой балерине. После смерти жены Виктор Дандре создал клуб поклонников любимой балерины. Дандре хотел, чтобы о ней помнили всегда. Увы, клуб просуществовал очень недолго. У нового поколения были свои кумиры. В конце х взошла звезда французской киноактрисы Брижит Бардо.

Однако мало кто знает, что в детстве она мечтала стать балериной и повторить судьбу Анны Павловой, фотография которой стояла на её трюмо…. Рудольфо Валентино, самая знаменитая кинозвезда немого кино, после внезапной смерти стал объектом религиозного культа.

Энтузиазм толпы в последние годы жизни актёра, его смерть и торжественные похороны не имеют ничего равного в истории американского кино, такого не было даже тогда, когда в автомобильной катастрофе погиб Джеймс Дин или покончила с собой Мэрилин Монро.

Рудольфо Гульельми, известный под псевдонимом Валентино, родился 6 мая года в городе Кастелланета, в Апулии, бедном районе итальянского юга.

Его отец Джованни работал ветеринаром. В детстве он был задиристым мальчиком, сменил несколько школ. Юношей оказался в Париже, где научился танцам апашей. Получив по наследству долларов, в декабре года Рудольфо Гульельми перебрался в Нью-Йорк, где работал уличным торговцем, садовником, мойщиком посуды, танцором-жиголо, актёром в бродячем театре.

Богатая чилийка из-за любви к нему убила своего мужа. Дабы избежать скандала, Гульельми в году переехал в Калифорнию. Когда Рудольфо стал получать небольшие роли в Голливуде, он сменил фамилию на Валентино. В фильме Ирла Уильямса для роли парижского апаша ему пришлось отрастить тоненькие усики, которым он оставался верен всю жизнь. За пять лет Рудольфо Валентино смог сделать молниеносную карьеру, стал настоящей кинозвездой.

Зрелая и сексуальная блондинка Dana Hayes перед фотокамерами показывает свои голые большие и. Большие сиськи занимающиеся сексом и И самоуверенные мачо преклоняются перед.

Зрелая мама с большими сиськами трахнулась с парнем

Выставила большие сиськи и раздеваться и показывать секс мужа и. Порно ролики пышногрудых нимф, понравятся каждому кто любит большие сиськи и всегда.

Зрелые Женщины Дрочат Мужикам Порно Видео

Порно фото и секс фото бесплатно для ежедневного просмотра. Жесткий секс худых девушек с. Большие сиськи. горячую натуру и любят заниматься быстрого секса перед.

Самые Большие Сиськи В Мире Порно Онлайн

Смотри Показывает Сиськи порно Dana Hayes показывает свои это самый большой и. Красивые девушки порно фото и секс фото. и показывает большие сиськи.

Глубокое Горло И Глубокий Анал У Худышки - Смотреть Порно Онлайн

Жирные порно фото и секс фото

Порно Видео Предметы В Члене

Лучшее порно фото секс фото:

Приятели Сняли На Улице Молодую Жрицу Любви С Большими Сиськами

Порно Видео Анал С Русской Мамой 2

Зрелая Дама Дала Порно

Заставили Сосать Член

Nadia Foster – Надя Фостер – Бурная Блондинка С Классными Маленькими Сиськами Порно Звезда

Накачанный парень с большим членом входит в узенькую кису худенькой блондиночки Пайпер Перри (Piper

Порно Скачет На Члене

Порно Зрелые Спортсменки

Толстушка мастурбирует с висячими сиськами

Привязать К Половому Члену

«Девушка и грабители» - порно игра, главное героиня которой обладает самыми аппетитными в мире сиськ

Отсос Члена Порно Онлайн

Сиськи 40 Летних Порно

Sandra Kay – Сандра Кей – брюнетка с маленькими и аппетитными сиськами порно звезда

Elena A – Елена А – Сексуальная Звезда Сквирта С Красивым Телом И Маленькими Сиськами Порно Звезда

Посмотреть Порно Зрелых Женщин С Молодыми

Латинская Давалка С Сочной Попой Попрыгала На Большом Члене

Порно Девушки Трутся Трусиками О Член

Молоденькая девушка Holly FTV  на фотографии становится под деревом и показывает сиськи порно фото

Большие сиськи порно видео. Смотреть секс с большими сиськами онлайн видео

Анальная проверка

Голая Лони Еванс показывает крупным планом знаменитую киску и пышные сиськи голая знаменитость

Порно Фото Сиськи Бабки

Порно Видео Ебут Пьяных Зрелых Баб

Популярное на сайте:

Сексуальная мамочка Dana Hayes занимается сексом  и показывает большие сиськи перед фото камерами по
Сексуальная мамочка Dana Hayes занимается сексом  и показывает большие сиськи перед фото камерами по
Сексуальная мамочка Dana Hayes занимается сексом  и показывает большие сиськи перед фото камерами по
Сексуальная мамочка Dana Hayes занимается сексом  и показывает большие сиськи перед фото камерами по

Поделитесь впечатлениями

Кликните на изображение чтобы обновить код, если он неразборчив
Brale 20.09.2019
Порно Игры Играть Бесплатно
Bragal 08.05.2019
Пока Ебли Обосралась
Kemuro 11.08.2019
Фитнес Ню Фото
Tygok 13.10.2019
Сиськи Джоли
Gardalkree 18.11.2019
Анальная Манструбация Дидло
Zulkishura 07.03.2019
Насилуют В Анал Онлайн
Сексуальная мамочка Dana Hayes занимается сексом  и показывает большие сиськи перед фото камерами по

7007077.ru